И она не пошла навстречу и не сделала ни одного движения, подобающего хозяйке дома, как бы только для того, чтобы гость смог не торопясь, вдумчиво рассмотреть ее.

Как ни был Семенов ошеломлен представшим перед ним видением, он рассмотрел ее золотистую от загара кожу, яркие неподкрашенные губы и большие, слегка навыкате глаза, тоже яркие, серые или голубые, они смотрели прямо и открыто. Светлые волосы, старательно зачесанные назад, туго стянуты в пучок.

«Славянка, — подумал Семенов. — Русская красавица».

— У тебя все готово? — по-деловому, но уже без торжества спросил Сашко и, не дожидаясь ответа, заторопил Семенова: — Идемте, я покажу вашу комнату.

— Пожалуйста, — сказала Мария Гавриловна. — Там все приготовлено.

Не сходя с места, она протянула руку. Ошеломленный здоровой и сильной красотой женщины, Семенов шагнул к ней и не сразу решился взять руку, а потом поспешно взял, но не решился пожать, а только держал и тоскливо думал, что сейчас она отберет ее, и тогда он порывисто и осторожно сжал теплую ладонь и почувствовал ее ответное сильное пожатие. Обрадованный, он наконец-то догадался поблагодарить ее за гостеприимство и непонятно отчего затосковал. И с этим чувством радости и тоски он отправился вслед за хозяином, который привел его в комнату для приезжих. Здесь все было, как в дешевом гостиничном номере: постель, стол, стул и шкаф для одежды. Но только окно было задернуто сероватой льняной шторой с явно домашней вышивкой.

7

Белая и сверкающая, как снежный наст под солнцем, лежала скатерть на столе. Семенову показалось даже, будто она и пахнет только что выпавшим и слегка подмороженным снегом. И у посуды был такой первозданный вид, как только что из магазина принесли и впервые обмыли прохладной водой. Все светилось и сверкало, кроме слегка запотевших графина с водкой и желтого кувшина с квасом.